Вакцину против бешенства впервые получила
Что приходит в голову как первая ассоциация со словом «бешенство»? Скорее всего, это будет «40 уколов в живот»
Бешенство — одна из немногих болезней, с которой организм не способен справиться самостоятельно ни при каких условиях, она смертельна на 100%, и единственный способ избежать летального исхода — срочная вакцинация.
Сейчас достаточно всего 6 внутримышечных уколов — но когда-то болезнь была абсолютно неизлечима и укус бешеного животного был смертным приговором.
Изменило ситуацию открытие французского ученого Луи Пастера.
О ком речь
Луи Пастер (Louis Pasteur) родился 27 декабря 1822 года. Он был очень талантливым человеком — художником, иммунологом (хоть тогда и не использовали таких слов), микробиологом, физиком и химиком.
Пастер совершил множество великих открытий — например, именно благодаря ему наши бабушки могут снабжать нас компотиками из свежих ягод, пастеризуя банки, чтобы продукты не испортились.
Изучая процесс брожения, он доказал, что жизнь не может самозарождаться, разобрался в процессе брожения и во многом другом.
Трое из пятерых его детей скончались от брюшного тифа, поэтому ученый особенно интересовался инфекционными заболеваниями — в том числе и бешенством.
Что такое бешенство
Бешенство, или водобоязнь, — крайне опасное заболевание, возбудителем которого является вирус Rabies. Этот вирус передается через слюну носителя, после чего, попав в организм человека или животного, вызывает у него воспаление головного мозга.
На первой стадии — после укуса, скажем, собаки — у пациента наблюдается небольшое повышение температуры и беспокойство.
Вторая стадия характеризуется повышенной реакцией на раздражители — свет, звуки. Больные боятся воды, у них начинает выделяться в больших количествах слюна (отсюда пена на морде бешеного животного).
Третья стадия терминальная — паралич и смерть.
От первого до последнего проявления проходит меньше недели, максимум двух.
Особенно опасны укусы в голову, руки и гениталии, где очень много нервных окончаний. Из-за крайней опасности заболевания к врачу рекомендуют обращаться даже если нападавшее животное не выглядело больным и укуса как такового не было.
Открытие Пастера
Рассказывают, что в 1880 году Луи Пастер стал свидетелем того, как умирала от водобоязни пятилетняя девочка. Это весьма впечатлило ученого, и вместе со своими коллегами он начал изучать возможные пути защиты от болезни.
Было уже известно, что возбудитель передается со слюной (это в 1804 году экспериментальным путем выявил Георг Цинке (Georg Zinke), вводивший различным животным и птицам инъекции слюны бешеных особей), и страдает прежде всего нервная система. Кроме того, развитие болезни занимало несколько дней, в течение которых, вероятно, можно было как-то на нее повлиять.
До этого Пастер уже успешно работал над прививками и здесь пошел тем же путем: попытался создать вакцину из сушеных мозгов бешеных животных. Почему мозгов — всё потому же, ведь болезнь поражала именно нервную ткань. Опыты проводились на кроликах — сперва ученые создавали максимально концентрированный токсин, а затем ослабляли его.
После кроликов эксперимент был продолжен на собаке — ей ввели вытяжку из обработанного особым образом сушеного спинного мозга бешеного кролика. Опыт был удачным — у собаки сформировался иммунитет к заболеванию. Первая в мире вакцина от бешенства была готова.
Клинические испытания и успех
История, которая произошла после этого, известна едва ли не всей планете. 6 июля 1885 года к Луи Пастеру приехала жительница Эльзаса с сыном, девятилетним Йозефом Мейстером (Joseph Meister), которого за два дня до этого укусила бешеная собака. Ученого убедили дать ребенку вытяжку из мозга кролика, умершего от бешенства 21 июня (все это время препарат хранился в сухом месте).
После первого укола ребенка прививали еще 13 раз, каждый раз вводя ему все более сильные дозы вакцины.
Через три месяца и три дня специалисты дали заключение: мальчик выздоровел. Об этом случае узнал весь мир — и к Пастеру потянулись больные.
К 1886 году он вылечил около 350 человек.
Успехи ученого позволили ему открыть свой собственный институт. С 1888 года Институт Пастера (Institut Pasteur) ведет исследования в таких сферах, как микроорганизмы, вакцины, инфекционные заболевания и биология в целом. Кстати, именно здесь впервые нашли вирус иммунодефицита человека.
Скончался ученый в 1895 году от почечной недостаточности. В тот день человечество утратило одного из своих величайших умов. Многие открытия, совершенные Пастером, актуальны и по сей день.
Ксения Якушина специально для Apteka.RU
Источник
Поделитесь с друзьями этим материалом
6 июля 1885 г., трое мужчин в Париже подготавливались к проведению терапевтических процедур Джозефу Мейстеру, мальчику девяти лет из Эльзаса, который был укушен несколько раз бешеной собакой. Двое из них имели медицинское образование, а третий был терапевтом, химиком, переквалифицирующимся в микробиолога по имени Луи Пастер.
Несмотря на то, что это было сравнительно редкое заболевание, бешенство (или водобоязнь, как тогда это называли) привлекало настороженное внимание в Европе, его жертвы погибали болезненно и внезапно, дико с пеной у рта. Инкубационный период заболевания (время для размножения вируса после заражения) делало его привлекательным для Пастера, уже тогда известным ученым во Франции, в качестве кандидата для создания нового типа вакцины.
«Время от укуса до болезни было довольно долго, как правило, около месяца или дольше», – объясняет Кендалл Смит, иммунолог Уилл Корнел Медицинского
колледжа (Weill Cornell Medical College), – «Здесь есть время, чтобы вмешаться в ситуацию с терапевтической вакциной».
К 1885 году, через пять лет после начала работы над бешенством, Пастер и его коллеги разработали живую вирусную вакцину, которая, как утверждал Пастер, не только защищает собак от заражения бешенством, но и предотвращает развитие симптомов заболевания, и может вводиться постэкспозиционно.
Тем не менее, не обошлось и без эксцессов, беспокойства своих коллег о том, что он согласился предпринять серию вирусных инъекций бессимптомному молодому Мейстеру. «Это будет еще одна плохая ночь для вашего отца», – написал Пастер жене Мари и своим детям во время лечения, – «Я не могу смириться с идеей применения такой крайней меры к ребенку».
Но, казалось, предпринятые меры сработали, у Мейстера бешенство не развилось. И после начала лечения уже другого мальчика в октябре Пастер объявил об успехе создания вакцины перед Французской национальной академией медицины. История стала международной новостью, даже пациенты из Америки вскоре были отправлены в Европу, чтобы получить чудо-лекарство.
Конечно, были и критики. «Для того чтобы сделать вывод о том, что вакцина является успешной, вы должны сравнить пробную группу против контрольной группы», – говорит Смит. Скептики утверждали, что, поскольку болезнь не всегда становится симптоматической (не всегда происходит развитие болезни после заражения), эффективность вакцины не может быть подтверждена. Они обвиняли Пастера в том, что он рискует жизнью ребенка.
Также скрытное поведение Пастера подпитывало его противников. «Его работы были всего лишь три или четыре страницы длинной», – говорит Смит, – «Там не было никаких подробностей, и вы не могли бы воспроизвести, что-либо из них».
Почти столетие спустя, уже в 1970-е годы, лабораторные записи Пастера (которые до сих пор во владении его наследников) были обнародованы. Они выявили большие расхождения между исследованиями Пастера и его утверждениями, хотя он испытал вакцину на собаках, но то, что он вводил Меистеру, было сделано с использованием различных методов, в основном непроверенных на животных. Это был успех? Возможно, но он был результатом догадки.
Но внешнее проявление тогда имело большее значение, чем прозрачность. В 1888 году был открыт Институт Пастера, и хотя его вакцина была вскоре заменена химически инактивированной альтернативной вакциной, а Пастер упоминается, справедливо или ошибочно, как революционный ученый и экспериментатор.
«Позвольте мне рассказать вам секрет, который привел меня к моей цели», – говорит он в своей широко известной цитате, – «Моя сила лежит исключительно в моем упорстве».
Поделитесь с друзьями этим материалом
Источник
Рюш Ганс (1913—2007) — швейцарский активист движения против
опытов на животных, автор нескольких книг, переведенных на многие языки.
Оригинал здесь
Из книги Ганса Рюша «Избиение младенцев» (Slaughter of the Innocent)
Роберт Кох был первым, кому удалось получить чистую культуру возбудителей сибирской язвы,
виновных в болезни крупного и мелкого рогатого скота. Пастер сделал из нее вакцину, уменьшив силу микробов. Многие историки
называют эту первую вакцину исторической победой, словно Дженнера и азиатов до этого не существовало. Немедленно возник спор
между Кохом и Пастером, обвинявших друг друга в плагиате.
Пастер впоследствии создал вакцину против бешенства, или гидрофобии; вакцину, история которой, вероятно, является наиболее
запутанной.
Лишь у бесконечно малой доли процента из тех, кого укусили бешеные животные, развивается
бешенство. Но если это происходит, то считается, что смерть при этом неизбежна. Таким образом,
каждый, пострадавший от укуса животного, подозрительного на заражение бешенством, получает
специальное лечение, впервые разработанное Пастером. Но иногда привитой все равно умирает. В этом
случае смерть приписывается недостаткам прививки. Однако, как это часто демонстрируется, причиной
инфекции становится прививка, а не укус — например, когда позднее выясняется, что животное
было здорово. Но даже когда животное страдает от бешенства, укус очень редко становится причиной
бешенства и никогда не вызывает его, если соблюдаются нормальные гигиенические правила, например,
немедленное промывание раны водой.
В своем бестселлере «Охотники за микробами» Поль де Крюи поведал нам совершенно
фантастическую историю о девятнадцати русских крестьянах, которые, будучи укушенные
предположительно бешеным волком, отправились в Париж для получения недавно разработанного Пастером
лечения из рук самого Старого Мастера. Согласно Крюи, шестнадцать крестьян были «спасены»
пастеровскими прививками, и «лишь трое» умерли. После этого Пастер стал международным
героем и этим много содействовал идеализации «современной» лабораторной науки. Трое
умерших из девятнадцати — больше 15%. Зная, как мы знаем это ныне, что даже у одного из ста,
укушенных бешеной собакой, не разовьется инфекция, мы должны придти к выводу, что по меньшей мере
кто-то, а вероятно и все трое, умерли вследствие пастеровской прививки, как это произошло с
бесчисленным количеством людей позднее. Кроме этого, в то время в России не было возможности
установить, действительно ли волк был бешеным. Голодные волки зимой часто в то время нападали на
селян. Даже сегодня многие люди, например, в Италии, считают, что любая собака, которая их кусает,
обязана быть инфицирована бешенством — в противном случае она не стала бы кусать.
Некоторые информированные врачи считают, что бешенство, как особое и различаемое заболевание,
существует только у животных, а не у людей, а то, за что принимают бешенство, на деле является
столбняком, имеющим похожие симптомы. Заражение раны любого вида может вызвать столбняк, и интересно отметить, что и
сегодня в Германии любой, укушенный собакой, получает прививку против столбняка. Согласно наиболее
влиятельному германскому еженедельнику, предполагается, что пять человек умерли от бешенства за
последние 20 лет («Дер Шпигель», 18/1972, стр. 175). Но как можно быть уверенным в том,
что они умерли именно от бешенства? Умирают и от столбняка.
Среди многих врачей, которых я опросил в США и Европе, я не встретил ни одного, кто бы сказал
мне, что видел случай бешенства у человека. Число случаев, сообщенных Службой здравоохранения США в
его «Ежегодном приложении по смертности и заболеваемости» на 1970 год, было ровно два
— на 205 млн человек. Диагноз был подтвержден. Сравните это число со 148 случаями столбняка,
22 096 случаями сальмонеллеза, 56 797 случаями инфекционного гепатита, 433 405 случаями стрептококковой инфекции и
скарлатины.
Врачи, в первый раз сталкивающиеся со случаями, подозрительными на бешенство, жалуются, что не
имеют прецедентов, на которые можно было бы опереться. Главная трудность, с которой столкнулся
Пастер в работе по улучшению своей вакцины, часто вызывавшей паралич, заключалась в обнаружении
бешеных собак. В конце концов, он был вынужден находить здоровых собак, открывать их черепа и
инфицировать их препаратом мозга единственной бешеной собаки, которую ему удалось отыскать.
Пастер не выделил вируса бешенства. Сегодня все, имеющее отношение к этой болезни, еще более
сомнительно, чем во времена Пастера.
Лишь одна вещь не вызывает сомнения: с тех пор, как Пастер разработал свою «вакцину»,
количество случаев смерти от бешенства возросло, а не уменьшилось.
Сегодня бешенство устанавливается на вскрытии при наличии телец Негри, называемых так по имени
итальянского врача, заявившем об обнаружении их в плазме нервных клеток и в спинальных нервах
бешеных собак. Однако д-р Джон А. Маклафлин, известный американский ветеринар, который в
1960–х годах был приглашен исследовать вспышку предполагаемого бешенства в штате Род Айленд и
который произвел многочисленные вскрытия собак на пике паники, обнаружил животных с симптомами
«бешенства» и без телец Негри где бы то ни было, в то время как у собак, умерших от
других болезней, они обнаруживались в изобилии. Ветеринар из Неаполя, где существует навязчивая
паническая идея бешенства, показал мне учебник с изображением тельца Негри — единственного,
которое он когда-либо видел, и оно выглядело неотличимым от телец Ленца-Синигаллия, присутствующих
у собак с чумкой. Никто не знает, сколько собак, страдающих от чумки, уничтожается санитарными
властями, усердие которых превышает их информированность.
Несколько лет назад, д-р Чарльз В. Даллас, широко известный врач из Филадельфии, хирург и лектор
по истории медицины в Университете Пенсильвании, сказал следующее:
Я могу сослаться на мой собственный опыт в лечении людей, укушенных
предположительно бешеными собаками: я не наблюдал ни единого случая развившейся болезни за 30 лет,
но я, вероятно, видел больше случаев так называемой гидрофобии, чем любой другой врач.
Каждый настоящий эксперт знает о том, что ни о чем нельзя судить с уверенностью, кроме того, что
было известно еще Гиппократу: лучшей защитой и против этой инфекции является чистота. В № 253 серии
технических докладов ВОЗ под названием «Шестой отчет комиссии экспертов ВОЗ по бешенству, 1973
г.» (что означает, что ранее появилось уже не менее пяти докладов по этой теме), сообщается,
что накапливаются свидетельства в пользу того, что парентеральное введение вакцины против бешенства
может вызвать смерть «при определенных условиях» (стр. 20) и заявляется: «Комитет
рекомендует прекратить производство вакцин серии ‘Ферми’, поскольку они содержат остаточные
живые вирусы».
«Остаточные живые вирусы» — это довольно серьезное обвинение против вакцины,
прозвучавшее из высоких сфер, но, похоже, никто не обратил на него серьезного внимания и не понял,
что оно означает. А это просто означает то, что, вероятно, крайне редкие случаи смерти людей от
того, что было диагностировано как бешенство, умерли не от чего-то, полученного от собаки, но от
чего-то, полученного от доктора.
Но главное в этом докладе ВОЗ — на стр. 27. «Комитет подчеркивает, что наиболее
полезной процедурой при лечении ран является их местное лечение. Оно должно проводиться промыванием
водой и мылом». На следующей странице повторяется: «Рекомендуемой немедленной процедурой
первой помощи является орошение и промывание раны водой и мылом». Таким образом,
«экспертам» ВОЗ понадобилось шесть докладов, чтобы придти к выводам, которые защищал еще
Гиппократ.
Фактически, любой, внимательно читающий этот и другие доклады ВОЗ, отмечает, что те, кто
серьезно изучает медицину, вряд ли могут на что-либо полагаться, кроме гиппократовой гигиены и
здравого смысла. Но ВОЗ не может это допустить, иначе публика спросит: «А зачем нужна
ВОЗ?» Кто располагается в одних из самых крупных и дорогих зданий современности с просторными
пустыми залами, библиотеками со всеми медицинскими статьями, опубликованными в мире, с
многочисленными служащими, получающими жирные зарплаты за то, что не делают ничего, и полком умных
секретарш, помогающих им в этом? Гигантский комплекс недвижимости, окруженный тишиной холеных
газонов и цветочных садов в одном из самых красивых мест Альп, далеко от Женевы — вспомним ли
мы здесь о миллионах лабораторных животных, замученных научными пытками?
Тем не менее в последнее время разрабатывается новая вакцина, описываемая чиновниками ВОЗ как
«фантастический прорыв». В частности, «Тайм» (27 декабря 1976 года)
сообщает:
Группа американских и иранских врачей сообщила на прошлой неделе в «Журнале
Американской медицинской ассоциации», что на прошлой неделе они дали всего шесть прививок
вакцины 45 иранцам, укушенным бешеными животными. Ни у кого не развилось бешенство или серьезные
аллергические реакции. Причина этого в том, что новая вакцина, в отличие от старой,
культивировалась на человеческих, а не животных клетках. Таким образом, в то время как у пациентов
развились антитела против бешенства, они не страдали от тяжелых реакций на чужеродный белок.
В течение последней сотни лет антививисекционисты и просто разумные люди говорят, что должен
быть другой путь для медицинской науки, кроме того, что рекомендовал Клод Бернар, и что
пастеровская вакцина против бешенства — жульничество. Ныне и официальная наука, наконец-то,
хватается за эту очевидную истину, и все научные авторитеты начинают действовать в этом
направлении.
Передовица в немецком медицинском еженедельнике «Сдекта» (16 мая 1977 года) под
названием «Проблема вакцины против бешенства решена?» может немало озадачить многих
читателей, которые в силу полученного ими промывания мозгов верили в то, что Пастер давно уже решил
эту проблему, что, собственно, и сделало его знаменитым. Передовица сообщала о «круглом
столе» немецких вирусологов, высмеявших пастеровскую вакцину, и процитировала проф. Рихарда
Хааса, который назвал ее «архаичным монстром».
Другие материалы по теме
- Прошлое и настоящее бешенства в научном
обзоре - Метод Пастера, или Изопатия на
новый лад - Гидрофобия
(глава из книги Э. Хьюм «Бешан или Пастер? Утерянная глава истории биологии»)
Источник