Бешенство матки у екатерины 2 фильм смотреть

Сколько она платила своим фаворитам за любовь

Екатерина II была великой не только в государственных делах, но и в любовных. Постель с ней делили 23 официальных фаворита, а уж сколько было «одноразовых» любовников, не скажет уже никто. Современники утверждали, что императрица отличалась особой ненасытностью. По крайней мере, один из её фаворитов якобы подорвал здоровье, регулярно употребляя возбуждающие средства. А всё для того, чтобы выдержать «постельный марафон» с государыней.

Жертва невнимательного мужа

Петербург последней трети XVIII века бурлил слухами о личной жизни Екатерины II.

Горожане и гости столицы с удовольствием передавали друг другу россказни о похождениях своей любвеобильной императрицы. Например, французский путешественник Лекуэнт де Лаво запустил популярную в то время «утку», что в столичном доме некой графини Д. сладострастная Екатерина II отдаётся первому встречному. Причём её бесчисленные любовники зачастую даже не знают, с кем имеют дело.

Сплетники — чаще всего это были иностранцы — пытались тогда даже пересчитать «партнёров» императрицы. И пришли к выводу, что через постель Ека­те­рины за время её царствования прошло минимум 300 человек.

На самом деле, аппетит императрицы был всё-таки скромнее. Сейчас историкам достоверно известно о 23 официальных любовниках. Хотя, скорее всего, у Екатерины были и «однонощные свидания» с мужчинами, не занесёнными в этот «реестр». Впрочем, и такого количества по тем временам — да и по нашим тоже — было более, чем достаточно.

Для сравнения, Анна Иоан­нов­на за десять лет царствования довольствовалась только одним «официальным» фаворитом. А Елизавета Петровна за 20 лет — лишь двумя.

Сама Екатерина прекрасно осознавала собственную любвеобильность. И даже называла её пороком. В том, что она меняет мужчин как перчатки, императрица винила не себя, а супруга Петра III. Не получив от него в своё время внимания и нежности («первая брачная ночь» у пары состоялась только через девять лет после свадьбы), Екатерина искала любовь на стороне.

Петр III

При живом супруге

Самая долгая интимная связь у Екатерины была с Григорием Ор­ловым, кумиром петербургских гвардейцев. Влюблённые провели вместе 12 лет, причём встречаться они начали ещё до восшествия Екатерины на престол. Тогда красавец Орлов пообещал своей возлюбленной, что обязательно приведёт её к единоличной власти.

Как известно, своё обещание Григорий Григорьевич сдержал: он и его братья были главными исполнителями плана заговорщиков против Петра III. Но это была не единственная услуга Орлова. Пылкий капитан одарил будущую императрицу ещё и ребёнком. И это при живом-то муже.

Каким-то чудом Екатерине удавалось скрывать заметно округлившийся живот вплоть до родов. А сами они были тайными. Чтобы в момент «икс» отослать мужа-рогоносца из дворца, преданный камердинер Екатерины Василий Шкурин поджёг свой дом. Он прекрасно знал о странном хобби Петра III — тот обожал глазеть на пожары, а заодно и тушить их. Как только император выехал посмотреть на пылающее здание, Екатерина разрешилась мальчиком. Его назвали Алексеем Бобринским и отослали в семью Шкуриных.

Екатерина II — стопроцентная немка, до 16 лет не говорившая по-русски, — самая популярная из всех женщин, побывавших на российском троне.

Госпожа Орлова

За свои услуги Орлов так настойчиво требовал благодарности, что истрепал Екатерине все нервы. Например, он искренне рассчитывал, что, получив корону, она открыто обвенчается с ним. Но дальновидная Екатерина пойти на это не могла: она прекрасно понимала, что корона ещё слишком слабо держится на её голове. И любое неодобрение гвардии тут же лишит её трона.

Юный Алексей Бобринский (справа), внебрачный сына Григория Орлова (слева) и императрицы Екатерины II

Хитрая Екатерина, не желая гневить отказом партию Орлова, вынесла вопрос о браке на обсуждение высших сановников государства. Те не очень-то хотели видеть своим государем «выскочку» — второго сына новгородского губернатора. Да и народ был против императора Григория.

Когда распространились слухи о возможном венчании Екатерины и Орлова, горячие головы даже сорвали портрет молодой императрицы с Московских Триум­фаль­ных ворот. Своё «фи» планам Гри­гория Григорьевича на совете высказал дипломат и государственный деятель Никита Па­нин: «Императрица делает, что хочет, но госпожа Орлова не будет русской императрицей». Эти слова поставили точку в «брачном деле». А заодно «пробили» и первую трещину в отношениях Орлова и Екатерины.

Никита Панин

Усугубил положение сам фаворит. Императрица мечтала переложить на него часть государственных забот. Но Григорий Григорьевич не желал трудиться. Вместо этого он ухлёстывал за каждой юбкой.

Самый громкий скандал разразился, когда сенатор Никита Му­равьёв застал Орлова в постели со своей женой. Утихомиривать обманутого мужа пришлось… Ека­те­ри­не. Она подарила ему обширные поместья. А своего неверного фаворита через какое-то время отправила в отставку, перед этим также богато одарив.

Орлов получил 17 миллионов рублей, 10 тысяч душ крестьян (в том числе за Чесменскую битву, в которой не участвовал), дом в Москве, а также всю мебель и вещи, которые украшали апартаменты фаворита в Зимнем дворце.

Екатерина II лично позаботилась о том, чтобы оставить в памяти потомков негативный образ своего законного мужа Петра III

Кстати, Екатерина вознаграждала после расставания почти всех своих любовников. По некоторым данным, из казны на «утешение» фаворитов выделили в общей сложности около 92 миллионов рублей! Для сравнения, поэт Гав­риил Державин за 35 лет безупречной службы получил 300 душ крестьян и две золотые табакерки…

Мой дурак индейский петух

В 1774 году 45-летняя Екатерина, искренне любившая 35-летнего Григория Потёмкина, придумала ему десятки ласковых прозвищ. Например, она называла его золотой фазан, батя, голубчик милой, Гришенёк бездонный, Гришатка мой собственный, душенёк мой дурак, дорогия сладкия губки, индейский петух, павлин, сударушка, сокол мой дорогой, тигр, шалун, мой попугайчик.

Похвальная грамота Екатерины II князю Потёмкину

«Я весь твой»

1770-е года. Среди петербургской публики гуляет популярный анекдот: Григорий Потёмкин поднимается по дворцовой лестнице, а Григорий Орлов — спускается. «Что нового при дворе?» — спрашивает Потёмкин. «Ничего, — холодно отвечает Орлов. — Только вы подымаетесь, а я иду вниз».

Григорий Потёмкин стал второй большой любовью Екатерины, а заодно и её ближайшим советником, чуть ли не соправителем. И это несмотря на то, что их роман длился всего-то два года: с 1774-го по 1776-й. Чувства влюблённых были столь бурные, что в конце первого года своих отношений они даже тайно обвенчались в церкви Самсония на Выборгской стороне. А вскоре у молодожёнов родилась дочь Елизавета.

Так как при дворе почти никто не знал об этом браке, Потёмкину приходилось играть довольно унизительную роль временного любовника. Чтобы выполнить супружеский долг, он вынужден был вставать раньше всех придворных и, как вор, красться в спальню к Екатерине. Но эти тайные часы любви, видимо, стоили того.

Место для свиданий
Тайная «мыленка» Екатерины, она же баня для встреч с любовниками, находилась прямо под Придворным собором Зимнего дворца

«Я отроду так счастлива не была, как с тобой», — писала Потёмкину влюблённая императрица. «Я думаю, что тебе подобного нету, и на всех плевать», — продолжала Екатерина в другом письме. Потёмкин отвечал: «Ты знаешь, что я весь твой. И у меня только ты одна. Я по смерть тебе верен».

В отличие от лентяя Орлова, Потёмкин с головой погрузился не только в любовь, но и в государственные дела. Сначала Екатерина радовалась такому трудолюбию, затем — страдала от него. Новый фаворит работал днями и ночами.

Австрийская императрица Мария-Терезия писала, что подробности личной жизни Екатерины II вызывают «отвращение и ужас»

Бывало, жаждущая любви императрица приходила в 5 утра в покои Потёмкина, а он уже за столом. Кругом носятся секретари, подают деловые бумаги. Какая уж тут любовь…

К тому же, фаворит иной раз не считал нужным посоветоваться с Екатериной. Конечно, всё это приводило к скандалам. Им­пе­ратрица с горечью упрекала По­тёмкина: «Хотя бы единожды послушай меня, хотя бы для того, чтоб я сказать могла, что слушаешься».

Слухи о ненасытности императрицы в любовных утехах породили самые невероятные мифы о её амурных «экспериментах»

Так как ни один из влюблённых не желал идти на компромиссы, расставание было неизбежным. В 1776 году Потёмкин перестал посещать спальню Екатерины, но не её рабочий кабинет. И ещё долгие годы он по-прежнему был правой рукой императрицы. Что очень не нравилось многочисленным последующим фаворитам государыни. Однако за дурное слово о Потёмкине они мгновенно лишались расположения правительницы.

Например, Иван Корсаков вылетел из Зимнего дворца после того, как назвал князя врагом (правда, временщик ещё и изменил Екатерине с её же фрейлиной). Те же «преступления» совершил и Семён Зорич. За «наезд» на Потёмкина лишился доверия императрицы и любовник Пётр За­ва­довс­кий.

Слова любви

Екатерина II писала жаркие любовные письма практически всем своим фаворитам. Например, в 1775 году, сразу же после расставания с Григорием Потёмкиным, она обратилась к своему очередному любовнику — графу Петру Завадовскому: «Петруса, ты смеесся надо мною, а я от тебя без ума. Я же улыбку твою люблю беспамятно. Петруса милой, всё пройдёт, окромя моей к тебе страсти. Петруса, мне оставляешь одной тогда, когда его хочется видит. Петруса, Петруса, прейди ко мне! Сердце мое тебя кличет. Петруса, где ты? Куда ты поехал? Бесценные часы проходят без тебя. Душа мая, Петруса, прейди скорее! Обнимать тебя хочу. Душа моя, ласка моя всегда одинака; я тебя люблю, как душу».

«Моя бездонная чувствительность…»

Умнее предшественников оказался 25-летний флигель-адъютант Александр Ланской. Он был на 19 лет моложе императрицы и, по отзывам современников, действительно её любил. Но главное: он не строил козни против Потёмкина и не вмешивался в политику.

Молодой флигель-адъютант Александр Ланской очень отличался от прочих фаворитов Екатерины II тем, что вполне искренне любил императрицу

Екатерина была счастлива: наконец-то она нашла свою тихую гавань. Но через четыре года после начала их отношений Ланской подхватил скарлатину, которая осложнилась грудной жабой.

В 1784 году фаворит умер. Его лечащий врач Адам Мельхиор Вейкарт потом сообщил, что больной будто бы подорвал своё здоровье регулярным приёмом возбуждающих средств, которые помогали ему выдержать «постельный марафон» с Екатериной.

Угодить императрице действительно было непросто. Это признавала и она сама. Сохранилось её письмо к Потёмкину: «Я твоей ласкою чрезвычайно довольна. Моя бездонная чувствительность сама собой уймётся». А придворный врач как-то двусмысленно отметил: «Жениться на ней потребовало бы чрезвычайной смелости».

Горе императрицы после смерти Ланского было столь велико, что она 2,5 месяца не выходила из своих покоев.

Дуралеюшка Зубов

После смерти Ланского удача в любви окончательно отвернулась от стареющей Екатерины. Её очередной фаворит — 28-летний адъютант Потёмкина Александр Дмитриев-Мамонов (царице на момент начала их отношений было около 60 лет) — влюбился в красавицу фрейлину княжну Дарью Щербатову.

Один из поздних фаворитов Екатерины — Платон Зубов

Фаворит в клетке

Некоторых своих любовников Екатерина II держала в строгости. Особенно поздних. Например, Пётр Завадовский так описывал свой распорядок дня: «Надобно тебе знать, что я утром от 9 часов до обеда при лице государыни; после обеда почти до 4 часов у неё же: 7-й и 8-й часы провождаются в большом собрании, где все играют, а я не всякий же день. По кончании сего я опять бываю у государыни и от 10-го часа уже не выхожу из комнаты своей». Фаворитам нельзя было покидать Зимний дворец без разрешения императрицы. А последний любовник Екатерины Платон Зубов и вовсе не имел права разговаривать с женщинами. А если его приглашали на какой-либо обед, то все дамы должны были уехать из дома.

Мамонов сам сознался во всём Екатерине. Та, проплакав несколько часов в своих покоях, собралась с духом и предложила влюблённым обвенчаться. Более того, Екатерина, следуя обычаю, сама украшала причёску невесты-фрейлины бриллиантами. При этом её руки так дрожали, что она ненароком уколола Щербатову золотой иголкой.

К слову, брак бывшего фаворита с фрейлиной оказался неудачным. Уже через год Мамонов разлюбил свою жену и стал проситься обратно к Екатерине. Но императрица ответила отказом. Мамонов пытался утешиться, собирая портреты свой экс-любовницы. Уже после смерти императрицы оказалось, что весь дом Мамонова в Дубровицах был завешан изображениями Екатерины Великой.

Катафалк, воздвигнутый в Петропавловском соборе над гробами Петра III и Екатерины II по рисункам Бренна

Чем больше седых волос было у Екатерины, тем более глупых и ограниченных любовников она себе выбирала. Последний — 22-летний Платон Зубов — и вовсе заслужил прозвище «дуралеюшка». Очень резко о фаворите отзывался в 1792 году и государственный деятель Фёдор Рос­топ­чин: «Он по природе недалёк».

Екатерина ограниченности своего временщика, кажется, не замечала и позволяла «дуралеюшке» активно вмешиваться в политику. Возможно, это и привело её к смерти.

Следуя настойчивым уговорам Зубова, Екатерина согласилась выдать свою внучку Александру Павловну замуж за шведского короля Густава IV Адольфа. Летом 1796 году 17-летний жених приехал в Петербург.

В последний момент, когда надо было уже подписывать брачный договор, Густав заупрямился. Екатерина настаивала, чтобы внучке, которая после брака должна была сохранить православие, при шведском дворе построили молельню. Жених же был категорически против такого строительства.

В итоге, Густав попросту не пришёл на собственную свадьбу, сказавшись больным. Для 67-летней Екатерины этот удар был слишком уж сильным. Когда наряженной императрице сказали на ухо, что жениха можно больше не ждать, ей сделалось дурно. С тех пор здоровье государыни только ухудшалось. Через несколько месяцев Екатерина умерла…

Только Пётр I опережает Екатерину II по количеству памятников и фильмов, посвящённых русским монархам, а также по размаху любвеобильности

Автор текста: Екатерина Кузнецова

________* * * ________

Камер-юнгфера Мария Пе­ре­ку­си­хина выполняла функции экзаменатора будущих любовников

Экзамен на пригодность

Рядом с покоями Екатерины располагались комнаты камер-юнгферы Марии Перекусихиной. Она выполняла при императрице важные задачи. Именно в её комнатах кандидаты на пост фаворита проходили своеобразный экзамен. 
Будущего временщика приглашали на обед к Пе­ре­ку­си­хи­ной. Туда же, будто бы нечаянно, заходила и Екатерина. В беседе она старалась выведать, достоин ли претендент занять столь высокий пост. Если он проходил экзамен, императрица глазами давала это знать своей наперснице. И та уже, после ухода Екатерины, сообщала кандидату о радостной вести. 
На другой день к будущему фавориту являлся доктор, который должен был вынести решение о состоянии здоровья претендента. Если всё было хорошо, временщика тут же переводили в специально подготовленные для него комнаты в Зимнем дворце.